Premier

В ближайшее время премьеры не запланированы!

TODAY IN THEATER

30 September, Saturday

more details>

Некоторые… кто?

15 december 2022
Полина Давыденко Место встречи. Сибирь

 

В этом году новый сезон в «Старом доме» стартовал громкой и яркой постановкой главного режиссёра театра Андрея Прикотенко. С самого начала «Пульчинелла» вызывала у меня скептическое отношение. Полистав описание спектакля на сайте театра, прочитав в интернете о том, кто такие Пульчинеллы, я подумала, что этот спектакль не похож на предыдущие работы Андрея Прикотенко и на то, что до этого мы видели на сцене «Старого дома». Почему?

 

Во-первых, потому что до самой премьеры не было понятно, каким будет сюжет, ведь в спектакле не заявлена какая-либо пьеса, взятая за литературную основу. До этой постановки Прикотенко на новосибирской сцене ставил спектакли только по классике: «Вишнёвый сад» Чехова, «Гамлет» Шекспира, «Идиот» Достоевского,  «Петерс» Толстой, «Анна Каренина» Толстого. А здесь основа — народная уличная итальянская комедия, зародившаяся в XVI веке.

 

Пульчинелла — персонаж итальянской комедии дель арте, или комедии масок народного уличного театра, строящейся на импровизации. Наряду с Арлекино Пульчинелла является самой популярной из масок, нередко бывает носителем сатирического начала в представлениях, не имеет закрепленного характера и может выступать на сцене в разных обличиях. В буквальном переводе с итальянского языка «pulcino» означает «цыпленок, которому один день отроду», и связь Пульчинеллы с птицей отражается даже в его внешнем виде: его нос похож на клюв.

 

Я думала, что новосибирский театральный зритель не будет погружён в подобный иностранный культурный феномен. Да, мы ходим на постановки по пьесам античных драматургов или зарубежных классиков, Шекспира, Мольера, Шиллера, Ибсена и так далее, но тут что-то совсем иное, более контекстное, локальное, национальное.

 

Во-вторых, потому что спектакли без текста — это обычно пластическое, либо основанное на костюмах и масках, как в этом случае. Для «Старого дома» такое в последние годы не характерно: это, прежде всего, драматический театр, где актеры используют мимику и голос в своей работе. Хотя можно вспомнить недавно вышедших из репертуара «Пера Гюнта» Антонио Лателла, где было очень много хореографии, и бессловесную «Снегурочку» Галины Пьяновой и Олега Жуковского с её уникальной звуковой партитурой, отмеченной жюри «Золотой маски».

 

 

Ещё по промо ролику «Пульчинеллы» стало понятно, что эта постановка напоминает предыдущий спектакль режиссёра «Петерс», который вышел в «Старом доме» в 2020 году. Сам Андрей Прикотенко этого не отрицает, поскольку в соцсетях театра перед премьерой на вопрос зрителя об этом режиссёр так и ответил: «в некотором роде — да». Здесь тоже покатая сцена, та же цветовая гамма — охра, коричневый, желтый, тоже пышные костюмы и «куриная тематика». Из-за таких сходств возникают мысли о том, что это уже не отсылки или фирменный стиль, а просто самоповтор и топтание на одном месте.

 

Из декораций тут только наклонённая к зрителям фанерная сцена с кучей люков. Сценографию же составляет периодически появляющийся реквизит — кастрюли разных размеров, столовые приборы и лапшерезка, с помощью которых Пульчинеллы готовят «макароны да клёцки», старый холодильник, служащий и столом, и кроватью, и гробом в конечном итоге, маленький дырявый телевизор с итальянским шоу, музыкальные инструменты, на которых Пульчинеллы играют, приставная лестница. Этот минимализм в сценографии помогает выделять яркие образы персонажей, а они здесь именно такие, и не отвлекаться от действия, но создаётся ощущение какой-то неполноты.

 

В дополнение к декорациям художники Ольга Шаишмелашвили и Константин Бинкин использовали экран над сценой: на нём выводятся фразы на итальянском и русском, объясняющиеся зрителю происходящее в жизни Пульчинелл. Этот приём уже давно заезжен постановщиками однако свою задачу — передавать суть происходящего на сцене — выполняет.

 

Отдельно стоит отметить работу костюмеров, поскольку у них получилось создать уникальные, не похожие друг на друга, яркие образы героев, которые, в сочетании с их характерами, поведением и движениями, дают зрителям легко отличать одну Пульчинеллу от другой, и даже ассоциировать себя с ними. Всё это вылилось в необычный интерактив: Софья Васильева, актриса театра, нарисовала подборку акварельных открыток с каждым героем спектакля. В итоге оригиналы иллюстраций вывесили в фойе театра, где они возглавляли тематическую выставку. Это определенно можно отнести к достоинству спектакля, поскольку благодаря вот таким вещам театр становится площадкой не только для сценического искусства.

 

Актёрская игра в этом спектакле проявляется по большей части в пластике, за исключением моментов, когда Пульчинеллы поют или лепечут на итальянском языке, что происходит не часто, и вопросов к игре особо не возникает. Актёрам гораздо сложнее работать, когда они в громоздких костюмах и в масках, у них нет доступа к выражению эмоций через лицо, почти нет слов, а только движения и крики. Особенно, если артист привык к совсем другому инструментарию, а в «Старом доме» большинство спектаклей именно с таким подходом к игре.

 

 

Проблема заключается в том, что происходящее на сцене выглядит странно, непонятно, а порой и пугающе: Пульчинеллы танцуют, играют, едят, кричат, плачут, испражняются, разбрасывают зерно, шумят, занимаются сексом, курят, дерутся. Особо воздействует на зрителей сцена карнавала, когда толпа этих странных существ спускается со сцены и буквально надвигается на людей. Я была свидетелем того, как зрители истерически смеялись, отмахивались от актёров руками, уклонялись от них. Вопрос, будет ли каждый зритель заранее погружаться в контекст того, почему персонажи ведут себя именно так, и достаточно ли постановщики постарались дать ему возможность быть подготовленным к подобному зрелищу? На мой взгляд — скорее нет, чем да. Этот спектакль очень специфичный, но специфика — вещь неоднозначная.

 

Отсутствие четкого сюжета даёт зрителям простор для интерпретаций, однако суть постановки можно свести к довольно простой формулировке: «Пульчинелла» Андрея Прикотенко — это спектакль, представляющий собой рассказ об этом загадочном персонаже и о том, что этот персонаж делает на протяжении всей своей жизни. Здесь нет конкретной истории с конкретными героями, которые решают конкретную проблему. И режиссёрская задумка, в целом, ясна: Пульчинелл сравнивают с нами, с людьми, и зритель, по-сути, смотрит сам на себя. Человек рождается, получает образование, потом идет на работу. Некоторые люди влюбляются и женятся, некоторые разводятся и страдают от неразделённой любви. Некоторые люди курят, некоторые играют во что-то, некоторые дерутся, некоторые смотрят телевизор. А в конце своей жизни человек умирает. Примерно из таких же предложений, только о Пульчинеллах, и соответствующих им актёрских зарисовок и строится эта постановка.

 

Но неотвеченным остаётся один вопрос: какой в этом всём смысл? Я себе ответ на него дать не смогла, за исключением, может быть, того, что это едкая сатира на общество и яркая иллюстрация пословиц «на зеркало неча пенять, коли рожа крива» или «в чужом глазу соломинку видеть, а в своем — бревна не замечать».

 

Этот спектакль сравним с выпуском программы на канале «National geographic» про какой-то вид животных. Мне кажется, что «мир Пульчиннел», воспроизведённый в этой постановке, сравним с мультфильмами про Миньонов или Смурфиков, только тут всё не настолько упрощено и сложнее воспринимается, и ты либо сразу отдаёшься этому, либо так ничего и не понимаешь.

 

Однако все эти неоднозначности оправдывает то, что этот спектакль удивляет, вызывает вопросы, такого на Новосибирской сцене мало, он не смотрится как те сюжетные спектакли, к которым мы привыкли. Эта постановка технически очень сложная, в ней проделана огромная работа над созданием образов персонажей, хореографии, визуала и саунд-дизайна. Андрей Прикотенко попробовал новую необычную форму для своего творчества: отойти от истории с конкретными героями, проблемой, решением конфликта, а вместо этого поработать над абстрактным персонажем, поместить его в абстрактные условия, попытаться его поизучать с точки зрения сравнения с человеком. Так и получается, что зрители смеются, но смеются не над некоторыми Пульчинеллами, а над некоторыми людьми, над самими собой.

 

 

Иллюстрации: театр «Старый дом»


The article mentions:


Peoples:

perfomances: