Премьера

24.06.2022
Остановка

Остановка

 

27.05.2022
Covёr. Пиратские копии

Covёr. Пиратские копии

 

"Идиот" из Новосибирска докричался до воронежцев

02 июля 2021
Татьяна Ткачёва Российская газета

Спектакль по мотивам романа Достоевского привез на Платоновский фестиваль театр "Старый дом". Историю о положительно прекрасном человеке перенесли в XXI век. Здесь Мышкин похож на хипстера, Рогожин - сын нувориша, Настасья Филипповна шантажирует генерала интимными видео, деньги горят не в камине, а в онлайн-банке. И по-прежнему остро стоит вопрос: уместно ли в мире добро, которое никого не хочет победить?

 

Сцена из спектакля "Идиот", фотограф Андрей Парфенов

 

Режиссер Андрей Прикотенко не стал делать инсценировку романа и создал на каркасе его фабулы оригинальный текст. Сюжетные линии прорисованы четко, психологическая мотивация - жирно обведена красным. Никаких недомолвок, все разъяснено предметно: что значит стать содержанкой в 12 лет (в романе опекун изнасиловал Барашкову в 16, так что сибиряки немного сгустили краски), по какому такому ведомству служит генерал Епанчин, что ему нельзя допускать мезальянса для дочери. Большие монологи Мышкина - про смертную казнь, различие православия и католицизма - исключены: сегодня в них нет конфликта. Его оппонент Терентьев тоже относительно краток. То, что у Федора Михайловича занимало десятки страниц, здесь изложено тоже довольно рыхло, но в объеме, который не позволит публике уснуть.

 

Я питаю колоссальное уважение к Достоевскому, - заверил Прикотенко. - Слабые стороны его текста известны - и они часть стиля. Например, многословие. У Ипполита в романе есть монолог на 50 страниц… Мне было важно сохранить сюжет (хотя часть линий я обрезал), персонажей и их мотивы, ощущение "достоевщины". Но пользоваться современным языком и выразительными средствами. Пришлось создавать палимпсест. Напрямую туда ни слова из романа не перенесено, синтаксис другой. Всем героям найдены эквиваленты в современной жизни. Ведь это мы, сегодняшние зрители, будучи сформированы христианской культурой, соотносим себя с Мышкиным, задаемся вопросом: где мой крест и как я его пронес?

 

Насколько "Идиоту" идут политические аллюзии - вопрос дискуссионный, но в пространстве спектакля они выглядят убедительно. Позволяют понять расклад сил в загнившем, но устойчивом мирке, куда как снег на голову сваливается неотмирный, не ищущий своего князь.

 

Действие разворачивается в черном зеркальном пространстве (художник Ольга Шаишмелашвили, художник по свету Игорь Фомин), и многое в нем построено на игре отражений. Падшие персонажи, сталкиваясь с Мышкиным, видят свое настоящее лицо.

Мышкин же в исполнении Анатолия Григорьева как будто отказывается от собственной личности, пытаясь быть "всем для всех". Он уважительно и почти всегда бесстрастно откликается на каждый зов, пытается любить и взбалмошную девчонку Аглаю, и отравленную позором Настасью Филипповну, и слетевшего с тормозов Рогожина. Платит за это мучительными припадками. Чтобы снять их, таскает на плечах "смирительный" стул с ремнями и шлангом, откуда льет вода.

 

Болезнь князя объясняется через детскую травму - выходит, они с Настасьей Филипповной одной крови. Только, вот парадокс, ее страдание сломало, а его возвысило. Еще один "пострадавший" персонаж, демонический Терентьев, попросту отказался принимать страдание и искать в нем смысл. Ипполит - за эту роль Тимофею Мамлину недавно дали "Золотую маску" - этакий Брейвик, которому все дозволено, так как Бога нет. Вернее, так как он не может поверить, что может быть Богу интересен.

 

"Достоевщина" в постановке "Старого дома" действительно живет. Хотя вместо лихорадочного шепота и обмороков герои демонстрируют экзальтацию, кричат не выбирая выражений и дерутся. Настасья Филипповна (Альбина Лозовая) под музыку из мультика "Ну, погоди!" бежит то от погибели, то от спасения, и все норовит расхристаться. Одна из сильных сцен - ее прощание с князем. Барашкова отпускает его к сопернице, но издает душераздирающий визг всякий раз, как Мышкин удаляется на пять шагов. Это повторяется до тех пор, пока растерзанный Лев Николаевич не остается с ней.

 

Для молодой актрисы эта роль стала первой в "Старом доме", и несомненно удачной. Кроме отчаяния, выраженного большом диапазоне криков, у этой Настасье Филипповне есть и женская хитрость, и чуткость, и обаяние зверька. Чего стоит ее встреча с семейством Иволгиных, решенная пластически! Альбина признается, что была только послушным орудием режиссера, выполняла его указания "без рефлексии: сказал закричать - кричу, раздеться - раздеваюсь". Но, думается, дело не в одном режиссере.

 

Как и в романе, в спектакле поражение терпят и "отрицательно прекрасная" Настасья Филипповна (ее красота губительна), и "положительно прекрасный" Мышкин (его добро - бессильно). Узнав об убийстве Барашковой, князь погружается в полуживотное, полубезумное состояние - теперь ему нужно уже два шланга, чтобы смыть ужас мира. Актер Анатолий Григорьев с такой трактовкой финала, впрочем, не согласится:

 

Победа Мышкина в том, что он никого не предал. Себя в первую очередь. Он выбрал любовь. Он выбрал жизнь и боролся, хотя был обречен так же, как Ипполит. Он старался приносить пользу, как осел - маленькое полезное трудолюбивое животное. Говоря его словами: "Осел очень хороший человек"…

 

Добро вечно проигрывает. Но не переводится. И в этом, конечно, его победа.

 

Фото: Андрей Парфенов


В статье упомянуты:


Люди:

спектакли: